Мы уже много раз обсуждали проблемы дефляционного и инфляционного сценариев в российской экономике, их недостатки и достоинства, а также те силы, которые поддерживают тот или иной вариант. Со своими предложениями уже выступили все руководители Федеральной резервной системы (ФРС); даже политики, в общем, свои мысли по этому поводу высказали. А вот главные участники процесса – те, кто финансируют сегодня почти все экономические исследования, те, кто считаются (хотя, быть может, и не совсем справедливо) главными архитекторами современной финансово-экономической системы, и уж точно являются ее главными бенефициарами (выгодоприобретателями), – вот они как-то скромно молчали.
Почему? Неважно. Важно, что свою позицию они высказать не спешили. Может быть, как раз потому, что созданный ими самим себе имидж категорически требует, чтобы такого рода заявления были бы четкими, внятными и количественно определенными. А это трудно: как известно, спад американской экономики по итогам кризиса составит более 50%. Разумеется, финансовые аналитики в США могут не владеть нашей теорией и не знать точных цифр, но масштаб происходящих процессов они не могут не ощущать.
И вот – о чудо: мы наконец услышали слова мировой финансовой элиты, причем не каких-нибудь там мелких прихвостней или второстепенных фигур, а вполне себе явного лидера (уж теоретического и идеологического – точно). Свой прогноз дал банк Goldman Sachs Group Inc.
По его мнению (точнее, по мнению его экспертов, но «освященному» одобрением самого банка), для оживления американской экономики после глобального финансово-экономического кризиса (эту фразу мы оставим на совести экспертов – мы-то понимаем, что кризис и не думал заканчиваться) ФРС придется скупить казначейских облигаций на сумму $2–4 трлн, а также принять программу дополнительных налоговых льгот.
Именно столько средств, по мнению аналитиков, необходимо для удержания уровня инфляции и безработицы в рамках, заложенных в стратегии регулятора целевых прогнозов. Вместе с тем в Goldman Sachs сомневаются, что ФРС пойдет на такие меры, пока экономическая ситуация продолжает оставаться стабильной. Между тем не секрет, что привлечь такой объем ресурсов США смогут лишь посредством денежной эмиссии.
«Ключевой стратегический вопрос заключается не в объеме первых шагов, которые придется сделать ФРС. Самое главное, как далеко руководство ФРС в итоге решит зайти, чтобы достичь двух основных целей – низкой инфляции и устойчивости в сфере занятости», – полагают в Goldman Sachs.
Собственно, рассуждения о политике ФРС – это бантики. Главное здесь – это сумма эмиссии: $2–4 трлн. Давайте попробуем ее оценить. Поскольку речь идет о покупке казначеек (т. е. о прямом финансировании бюджета), эти деньги пойдут на стимулирование спроса наименее богатых слоев населения (социальные программы) и государственные программы поддержки экономики. Т. е. попадут на товарные рынки и рынки услуг (не финансовые, как это было до сих пор).
А вот теперь давайте подумаем. Сегодня в США спрос превышает реальные доходы населения примерно на $3 трлн в год. Эта сумма образуется из расходов, возникающих за счет роста долга домохозяйств (около $1,5 трлн), и за счет заниженных сбережений (еще примерно столько же). Можно спорить о точности цифр, поскольку статистика США завышает сбережения и скрывает падение спроса, занижая потребительскую инфляцию, но общий масштаб все равно останется прежним.
Собственно, кризис как раз состоит в том, что падает завышенный совокупный спрос, вызывая неизбежный спад реального сектора и цунами на финансовых рынках. Соответственно, по мере спада спроса падают и реальные доходы граждан (домохозяйств), что, в свою очередь, вызывает падение спроса. И равновесное состояние спроса/доходов находится ниже нынешнего состояния спроса примерно на $6 трлн в год. Отметим, что экономический рост не может начаться до того, как равновесное состояние будет достигнуто, поскольку у людей просто не будет денег.
Если мы хотим начать экономический рост в нынешней, неравновесной ситуации, то по мере естественного спада спроса мы должны это падение компенсировать, добавляя людям денег, чтобы они могли поддерживать свой спрос. И это будет крайне непростой процесс, поскольку он будет сопровождаться и инфляцией, которая будет обесценивать доходы граждан, и перераспределением доходов, которое будет приводить к росту зарплат и рабочих мест (т. е. к увеличению доходов).
Собственно, экономика так и жила почти 30 лет до кризиса, но тогда эффект роста (спроса, но не реально располагаемых доходов населения!) достигался за счет раздувания финансовых пузырей и дальнейшей «протечки» доходов из них в другие сектора экономики. А вот как будет работать эффект резкого увеличения бюджетных расходов за счет эмиссионных денег – большой вопрос; во всяком случае, пока совершенно непонятно, как деньги можно будет удержать в реальном секторе. Поскольку если они попадут в сектор финансовый, то ничего, кроме инфляции, не получится.
Ответа пока нет – хотя весь современный опыт показывает, что удержать не удастся. Просто не видно таких механизмов, вторичные пузыри явно надуваются плохо. А значит, деньги придется все время добавлять, добавлять и добавлять. Они будут компенсировать потери спроса – но они будут возникать снова, в связи с инфляцией. А значит, на первом этапе $2–4 трлн может и хватить, но на уровень около $6 трлн в годовом масштабе (при нынешнем масштабе цен, в номинале будет больше) мы выйдем точно. Можно, конечно, предположить, что специалисты Goldman Sachs знают механизмы, при помощи которых можно удержать деньги в реальном секторе, так что они считают, что вброс можно будет сделать одноразовым… но тут уж, как говорится, позвольте не поверить. Да если бы и знали – непременно бы рассказали, поскольку это очень сильно бы повысило авторитет прогноза.
В общем, экспертное мнение мировой финансовой элиты (пока, во всяком случае) оказалось слабовато. Сильно слабовато. Впрочем, посмотрим, что будет дальше. Финтаймс.ру
Так называлась статья в газете The Daily Telegraph, поразившая британскую аудиторию — несколько сотен комментариев и писем к одной статье.
Loading ...
